— Я не уверен в том, что это самоубийство, — сказал Рахмаль, — но что я могу сделать? — В конце концов, ему не вернуть своего грузного, с красным и изможденным лицом, страдающего близорукостью отца.

— Госпожа Хольм, — начал было Рахмаль, но она мягко перебила его:

— Рахмаль, сущность телепортационных передающих станций доктора Сеппа фон Эйнема, разработки которых велись в межпланетных лабораториях «Трейлс от Хоффман», такова, что не могла не привести ни к чему иному, кроме как к хаосу в индустрии перевозок. И Теодорик Ферри, председатель правления ТХЛ, отлично понимал это, осуществляя финансирование доктора фон Эйнема и его Швайнфортской лаборатории, где впервые была проведена телепортация. И, тем не менее, у ТХЛ была, и ваш отец ничего не мог с этим поделать, значительная часть акций теперь уже несуществующей «Эпплбаум Энтерпрайз». Таким образом, «Трейлс оф Хоффман Лимитед» намеренно привела к краху корпорацию, в которую вложила свои главные инвестиции… Вот это и показалось для нас странным. И… — Она бросила быстрый тревожный взгляд на бумаги, встряхивая густыми черными кудрями, — сейчас они преследуют вас, пытаясь возместить свои убытки. Не так ли?

Рахмаль молча кивнул.

— Сколько времени потребуется, чтобы пассажирский лайнер корпорации вашего отца достиг Китовой Пасти, имея на борту, скажем, пятьсот колонистов вместе с грузом?

После долгой паузы он ответил:

— Мы… никогда даже и не задумывались над этим. Наверное, многие годы. Даже в гиперпространстве.

Девушка, сидевшая перед ним, терпеливо дожидалась ответа.

— Наш флагманский корабль, — продолжил он, — наверное, достигнет планеты за восемнадцать лет.

— А с помощью устройства телепортации доктора фон Эйнема…

— За пятнадцать минут, — резко ответил он. И на девятой планете системы Фомальгаута, на Китовой Пасти, открытой то ли гуманоидными, то ли негуманоидными исследователями космоса, действительно оказалось возможным жить людям — она стала второй Землей. Восемнадцать лет… И даже анабиоз был здесь бесполезен: старения, хотя и замедленного, избежать было невозможно. Альфа и Проксима Центавра — они не в счет — до них рукой подать. Но вот Фомальгаут, отстоящий от Солнечной системы на двадцать четыре световых года…